|
 
Газета "2000": "Большой Ян": ненапрасный юбилей
09.07.2005, 12:14
Вряд ли Виктор Янукович, празднуя год назад, 9 июля, свое 54-летие, мог представить себе, что следующий, юбилейный день рождения будет отмечать в столь непривычном для себя статусе первого лица новой оппозиции. Но, как рассказывают люди сведущие, и на прошлогодних именинах не было у тогдашнего премьер-министра и кандидата в президенты особого, захватывающего дух ожидания близкого торжества.
Казалось бы, радоваться было чему: все, о чем только можно мечтать и политику, и государственному чиновнику, находилось на расстоянии вытянутой руки. Но, видимо, жизненный опыт и внутреннее чутье не давали полностью расслабиться. А может, тот самый опыт, который достался ему так непросто, подсказывал, что все в этой жизни относительно и переменчиво, а поэтому ликовать и откупоривать шампанское за скорую победу – преждевременно?
Так это или нет – узнать практически невозможно, потому что Янукович и раньше, и тем более сейчас не замечен в склонности выворачивать душу на всеобщее обозрение по любому удобному поводу. А поэтому не остается ничего другого, кроме как путем опроса людей, знакомых с ним достаточно близко, попытаться понять: как ему при всех тех негативных моментах биографии и непринадлежности ни к одному из традиционных политических кланов удалось подняться едва ли не на самую вершину власти? И почему это восхождение не закончилось победой?
Понять – значит простить
Вряд ли стоит удивляться нежеланию человека, чье детство прошло в шахтерском поселке, делиться воспоминаниями о том периоде своей жизни – слишком мало светлого и радостного в них. Все, что осталось Виктору Федоровичу в память о матери, – проливной дождь и дорога из поселка в больницу, по которой бабушка вела его проститься с ней. Да еще больничное распахнутое окно, через которое на руках его передавали в палату.
Все, что он хочет вспоминать о босоногих буднях, – это то, как в девятилетнем возрасте решил проверить: а существует ли на самом деле Черное море? И проверил, сбежав с приятелями и добравшись товарняками до Одессы.
Еще он до сих пор помнит ту одесскую учительницу, которая накормила изголодавшихся донельзя донбасских горе-путешественников, уже не радовавшихся никаким морям, а просто мечтавших поскорее вернуться домой.
То, что позже Януковичу припишут как сокрытие биографических данных, – лишь нормальное человеческое желание навсегда забыть о периоде молодости, за который ему пришлось расплатиться сполна. Тем не менее он сам, вопреки желанию президентского окружения держать сведения о двух прежних судимостях в тайне (может быть, оно надеялось сделать его таким способом более управляемым и зависимым?), дал распоряжение об организации пресс-конференции, на которой они и были преданы огласке. (Решением суда 1978 года признан невиновным – значит, реабилитирован.)
Почему Янукович все же пошел на выборы, имея за плечами такой груз? Наверное, в глубине души искренне верил, что люди его поймут. Поймут, что тот, кто сумел преодолеть непреодолимое и смог, вопреки обстоятельствам, подняться и достигнуть многого, достоин их доверия. Кстати, тот самый злополучный "третий" тур показал, что он оказался прав в своих ожиданиях – люди действительно поняли и поверили в него.
А еще он, ценящий больше всего свободу и самостоятельность, очень хотел освободиться от влияния того самого окружения, которое так пеклось о чистоте его анкеты. Именно поэтому и согласился пойти на выборы на основе определенных договоренностей, чтобы сохранить возможность действовать. Именно поэтому у него, не искушенного в придворных интригах и не привыкшего долго терпеть давление, ничего не вышло из этой попытки временно смириться.
Провал операции "Наследник"
По поводу того, почему Леонид Кучма решил поставить на Януковича как на "своего" участника президентских выборов, у аналитиков существует несколько версий. Первая – выбор персоны, заведомо "непроходной" (в силу вышеупомянутых страниц биографии). Что в случае обострения предвыборной борьбы позволило бы действующему президенту остановить ее, дабы прекратить раздор в обществе. А заодно сохранить на неопределенный срок свои полномочия.
Версия вторая – выбор кандидатуры достаточно сильной и влиятельной, чтобы усложнить Виктору Ющенко президентскую гонку, выторговав у него в процессе переговоров максимальное количество уступок и гарантий на будущее.
И версия третья – победа Януковичу была бы обеспечена в обмен на его фактически номинальное, марионеточное президентство.
Судя по тому, как протекала предвыборная кампания, полагают те же аналитики, в ход пошли все три варианта.
То, что Януковичу не удастся выдержать до конца предложенные условия игры, стало видно довольно рано. Первым "звонком" было объявленное им в Бердичеве скорое повышение пенсий. Леонид Данилович, привыкший держать под контролем все, а поэтому отслеживавший и правивший тексты выступлений главы КМУ, был, мягко говоря, недоволен.
А уж когда "кандидат от власти" заявил о своем намерении придать русскому языку статус второго государственного, гневу (или возмущению) тогдашнего гаранта Конституции не было предела. "Янукович слишком много на себя берет", – заявил Кучма во время пребывания в Каневе.
План преемственности потерпел крах. Противостояние между президентом и председателем Кабинета Министров достигло такой остроты, что во время встречи украинского и российского президентов в Крыму Янукович, вопреки протоколу, не пошел провожать Кучму к вертолету, а, обернувшись к нему спиной, беседовал с подошедшими к взлетной площадке людьми, пока президентский вертолет не поднялся в воздух.
Заклятые "друзья"
С того времени вся государственная машина исподволь, незаметно, но очень результативно начала работать против "наследника", решившего стать самостоятельным игроком. То, какими методами воспетый оппозицией админресурс трудился якобы на "провластного кандидата", принесло ему вреда куда больше, чем пресловутые судимости. Бесконечные бигборды, вал печатной агитпродукции, "принудиловка" при организации мероприятий в регионах, социальные мегапроекты, поездка в Ивано-Франковск...
Он пытался учить украинский язык (и выучил его!). А в руки оппонентов моментально, неведомыми путями, попадали его записи, сделанные в период интенсивного изучения украинского правописания, и поэтому содержавшие орфографические ошибки. И ура-патриоты с удовольствием муссировали тему безграмотности премьера, решившего овладеть столь почитаемой ими "мовой".
Каждый его прокол, каждый неверный шаг тут же становились известны противоположной стороне и использовались для высмеивания и издевательств. А в ноябре 2004-го это предательство перестало быть тайным, когда очень многие их тех, кто заверял Януковича в своей поддержке, либо трусливо бежали, либо, что еще хуже, – открыто перешли в другой лагерь.
Его победа
Наверное, в чем-то был виноват и он сам, не ожидавший такого вала грязи и такого удара в спину, а поэтому порой срывавшийся и дававший этими срывами дополнительные аргументы для недругов.
Людмиле Янукович также немало досталось от рафинированных столичных политэстетов за эмоциональное и спонтанное выступление на митинге в Донецке. Зубоскалам, раз за разом прокручивавшим его по ТВ и в интернете, не было дела до того, что состоялось оно сразу после ее возвращения из Киева, где возле Майдана висели портреты ее мужа в траурной окантовке. И представить себе, что на такое способны нормальные люди, она просто не могла.
Это был первый и единственный раз публичного появления кого-то из членов семьи. Янукович категорически запретил использовать близких на всех этапах своей предвыборной кампании, всячески оберегая личную жизнь от чужих глаз: "Вся моя карьера не стоит одной слезы жены".
Так и не удалось штабистам убедить его использовать семью в съемках агитационных роликов. Не позволил он "эскорту" телеоператоров сопровождать поездку на могилу матери, на годовщину ее смерти. "За кадром" остались авария старшего сына и белорусское село Януки (родина предков, на восстановление которого Янукович потратил немалые деньги), наверняка сумевшие бы выдавить слезу у части электората, добавив столь необходимые ему голоса.
Тем не менее он победил. Пойдя в декабре на заведомо проигрышное переголосование, он взял ту высоту, до которой еще долго в Украине не удастся дотянуться ни одному политику. Те две недели, во время которых Янукович вел себя так, как считал нужным, и работал с теми людьми, кому доверял, дали результат, достичь которого не под силу пока что самым передовым политтехнологиям. Тринадцать миллионов голосов поддержки создали нового лидера общенационального масштаба.
"Он никогда не будет никем"
Сегодня новому общенациональному лидеру приходится учиться быть им, причем в непростых условиях – при глобальном прессинге новой власти. Она чувствует опасность с его стороны, поэтому пытается всячески скомпрометировать Януковича в глазах протестного электората, ряды которого "благодаря" ее действиям в деле развала экономики и обострения социальной напряженности растут ударными темпами. Вызовы на допрос "через телевизор", нарушающие все существующие юридические процедуры, сочиняющиеся на ходу уголовные дела и преследование сторонников сопровождают его все последние месяцы.
Но от собственной неуверенности или безнаказанности новый режим делает шаги, которые играют на руку Януковичу. Представителям режима, видимо, невдомек, что запугать человека, повидавшего в жизни немало, очень трудно. А вот заставить население сопереживать ему можно запросто. И открытая агрессия по отношению к обижаемому рискует спровоцировать куда более грозный общественный конфликт, чем тот, что едва не разгорелся минувшей осенью.
Поездки Януковича в регионы показывают, что отношение там к опальному экс-премьеру ничуть не изменилось за полгода, прошедшие со времени выборов. Мало того, люди едут в Киев, чтобы встретиться с ним. Причем многие – из областей, повально голосовавших за его оппонента.
Он так и остался для всех своих сторонников последней надеждой на восстановление справедливости и напоминанием о той нормальной жизни, которая могла бы быть. Как остался он для своих земляков из Донбасса тем "Большим Яном", с именем которого еще долгое время будут они ассоциировать эпоху великого возрождения этого индустриального края из постсоветской разрухи.
И у него нет другого выхода, кроме как оправдать возложенные на него надежды. Ведь сказал же когда-то о Януковиче один большой знаток украинской политической элиты: "Он никогда не будет никем"...
Сергей РУДЕНКО
Газета "2000" | |
|
| 
| 
| 
