- Виктор Федорович, решение огласить дату выборов – 30 сентября – что это: победа, поражение, ничья?

- Вряд ли стоит трактовать достигнутые нами договоренности с Виктором Ющенко как поражение или даже ничью. Прежде всего, с точки зрения Конституции и законов Украины, "ничьих" не бывает. Существуют лишь законные и незаконные действия, а также предусмотренная за незаконные действия ответственность.

Мы назвали дату выборов лишь в контексте безусловной законности и прозрачности их проведения – необходима уверенность в том, что мотивация досрочных выборов будет конституционно обоснованной, а именно – досрочные выборы не станут результатом чьего-то каприза, а состоятся во исполнение ныне действующих конституционных требований. В конце концов, недавние заседания Верховной Рады, посвященные процессу обеспечения законности выборов, – не разубедили меня в исключительной сложности организации и придания досрочным выборам законного основания.

Я все-таки предпочел бы пока что использовать по отношению к перспективе выборов сослагательное наклонение. Мы все прекрасно понимаем, насколько сложная задача стоит сегодня перед всеми нами.

Впрочем, важно другое – предотвращено опасное открытое противостояние, а народ получил возможность уже в самом скором времени почувствовать преимущества нашей социальной политики – политики повышения зарплат и пенсий на фоне низкой инфляции, на основе реального экономического роста. Разве существует что-либо более достойное быть названным победой?

Что касается выборов, то, как вы понимаете, у Партии регионов нет оснований размышлять о чем-либо, кроме победы – ради продолжения курса на упрочение благосостояния Украины. В гипотетический день выборов мы будем у власти уже чуть больше года, и первые плоды нашей политики станут очевидными. Мы делаем и будем делать все возможное для того, чтобы учитывать конструктивную критику слева и справа. Но хотелось бы подчеркнуть еще раз: правовых оснований для перевыборов не было, нынешний политический компромисс не предполагает расширения президентских полномочий. А плохой мир – лучше доброй ссоры.

- Как Вы прокомментируете события в здании Генпрокуратуры, а также попытки переподчинения Внутренних войск, их частичной передислокации в Киев и другие имевшие место малопонятные инциденты последнего времени?

- В связи с этими чрезвычайными событиями я был вынужден прервать свое участие в очень важной для Украины встрече глав правительств стран СНГ. И не могу не выразить признательности Николаю Яновичу Азарову, который сумел продолжить работу украинской делегации, направленную на защиту наших национальных интересов, а также донести суть украинских предложений. Разумеется, мы в правительстве понимали, что ситуация в любой момент может пройти точку невозвращения.

Прежде всего, я хочу подчеркнуть, что мы не были инициаторами сложившейся ситуации – и президент обязан сделать по итогам произошедшего какие-то адекватные кадровые выводы.

Что касается действий министра внутренних дел, то он дал, как мне кажется, исчерпывающие объяснения по поводу событий вокруг здания ГПУ. Так или иначе, Святослав Пискун являлся на тот момент легитимным Генпрокурором, разве не так? Пункт одиннадцатый сто шестой статьи нашей Конституции – президент "назначает на должность и освобождает от должности Генерального прокурора Украины с согласия Верховной Рады Украины".

Мы должны жить в правовом обществе – так и никак иначе! А прокурору препятствовали в исполнении им своих обязанностей. Ему препятствовали выполнять свои обязанности – это факт. Министерство отреагировало соответствующим образом на инцидент политического рейдерства, инспирированный глубоко безответственными и некомпетентными людьми.

Хочется верить, что, назначая инициаторов конфликта на новые высокие должности, президент не обладал всей полнотой информации об их карьерных "достижениях". Отсутствие профессионализма и правового сознания у этой группы людей – одна из главных причин нынешнего непростого положения вещей.

Что же касается переподчинения и передислокации Внутренних войск, то, как стало очевидно из заявлений министра внутренних дел, господин Кихтенко действовал чуть ли не на собственный страх и риск. Это порочная практика. Как видим, с помощью, прежде всего, мирного гражданского сопротивления и возвращения к формату переговоров этой практике не позволили воплотиться в совершение каких-либо незаконных и трагических актов. Я согласен с мыслью, что все участники политической жизни в Украине должны перестать заниматься ревизионизмом. Особенно в подобной форме, которая могла, безусловно, привести к необратимым последствиям. Думаю, в том, что таких последствий удалось избежать, немалая заслуга и сотрудников Министерства внутренних дел. Урок этих событий, по моему мнению, состоит в том, что все обязаны следовать букве закона – а блокада органов власти вряд ли сообразуется не только с буквой, но и с духом.

Думаю, вскоре действиям налетчиков, не позаботившихся даже о необходимых документах, будет дана правовая оценка. Хочется надеяться, что в будущем и в президентском окружении появятся более законопослушные и профессиональные люди, которые сделают то, что от них зависит, чтобы подобные инциденты стали невозможными.

- Виктор Федорович, насколько конструктивно, на Ваш взгляд, протекает сегодня Ваш с Президентом переговорный процесс?

- Вы знаете, несмотря на самые разные заявления, которыми наши оппоненты пытаются взбудоражить общество, этот процесс, совершенно очевидно, вошел в конструктивное русло. Прежде всего (а это для нас самое существенное) – в ходе чрезвычайно непростых политических событий не пострадал ни один человек. Это самое главное.

Нужно учитывать и тот факт, что Украина не сходит с телеэкранов во многих странах. А после того, как наша страна одержала столь важную победу на мировом уровне, выиграв право на проведение в 2012 году чемпионата Европы по футболу, и подавно. Мы должны быть образцом демократии и приоритета человеческих ценностей, как бы трудно нам ни было.

Единственным форматом, в котором можно исчерпать или, скорее, примирить наши противоречия, остались постоянные переговоры. И отрадно, что местом их проведения, по сути, стал сессионный зал Верховной Рады. Рабочая группа выполнила функцию подготовки таких проектов изменений в законодательство, которые устроили бы все стороны, создали бы как минимум равные шансы и понятные правила дальнейшего соревнования за голоса избирателей. Все стороны понимали, что без внесения всех нужных изменений в законодательство никаких досрочных выборов не будет.

Конечно, кому-то могло показаться, что Конституционный Суд остался за бортом достигнутых договоренностей. Однако мы условились в первую очередь о невмешательстве в работу органов судебной власти.

Разумеется, право инициативы никем не утрачено – те или иные представления в Конституционный Суд могут быть отозваны, по тем или иным представлениям – по воле КС – производство может быть прекращено. Но все вышесказанное никак не отменяет непререкаемый авторитет главного конституционного органа. Важно в этом контексте, чтобы все договоренности выполнялись именно так, как было нами определено – премьером, председателем ВР и президентом. Именно в этом – залог воплощения достигнутых договоренностей в жизнь.

- А как Вы считаете, не происходит ли так, что оппозиция и Секретариат Президента намеренно и постоянно нарушают законодательство, сводя, таким образом, все попытки цивилизованного компромисса на нет? Лично Вы верите в то, что в будущем оппозиция и Президент станут с уважением относиться к работе и решениям Конституционного Суда?

- Дело, наверное, в том, что далеко не всем политикам в нашей стране на сегодняшний день присуще демократическое мышление. Понимаете, мы пятнадцать месяцев назад красиво и честно выиграли на признанных самыми демократическими в отечественной новейшей истории парламентских выборах.

Что это означает? А то, что – в отличие от оппонентов – у нас нет и не может быть сомнений в собственной легитимности. Но когда кого-то преследуют какие-то постоянные страхи, не имеющие ничего общего с реальностью, – это, конечно, чрезвычайно малоприятно для политической системы в целом. Потому что предпринимаются попытки кромсать ее под отдельного человека. Мы твердо стоим на том, что этого делать ни в коем случае нельзя, потому что только шаг отделяет подобные субъективные подходы к законодательству от хаоса.

Однако мы не теряем надежды, что оппоненты, в том числе и те, кто обслуживает потребности президента в качестве сотрудников его аппарата, все же выйдут на прямую дорогу. А прямая дорога – это демократия и правовое общество.

Критически важно то, что мы в нашей стране учимся овладевать инструментами демократии, и нам очень бы хотелось, чтобы наши визави тоже научились работать именно с этими инструментами, а не с другими. Ведь Украина сегодня под микроскопом – и никому нельзя делать неправильных шагов, а за приступы несдержанности можно сурово поплатиться – прежде всего, экономическим ростом, который позволяет повышать зарплаты и пенсии.

Что касается вероятности нарушения нашими оппонентами договоренностей, то я, например, такого не могу себе представить. Это уже, знаете ли, не выход за пределы правового поля, а целый скачок в сторону от него. Неужели кому-то хочется полностью потерять свою легитимность, держаться за власть без власти? Ведь совершенно понятно, что власть, вышедшая за пределы правового поля, нелегитимна, и, как мы уже убедились, ее распоряжения в силу этого становится невозможно выполнять.

Суть наших усилий – не допустить подобного развития событий, и, мне кажется, нам это удается. Хаоса в Украине не будет ни при каких обстоятельствах – сегодня я в этом убежден еще больше, чем раньше. Как правильно заметил Виктор Ющенко, из кризиса мы выходим более сильными – как правовое и демократическое государство.

- Стали ли для Вас указы Президента о роспуске парламента неожиданностью? Была ли ваша команда готова к подобному развитию событий?

- Это была ожидаемая неожиданность. Но даже представить не смогли мы другого – столь глубокого непрофессионализма со стороны сотрудников президентской канцелярии, а также того, что Виктор Андреевич поддастся тому давлению, которое на него продолжают, как мне кажется, оказывать известные радикалы из рядов оппозиции, Юлия Тимошенко в первую очередь.

Стоит признать – в нашем политикуме есть, к сожалению, люди, которым терять нечего, которым выгодно педалировать ситуацию в самом кризисном направлении. Для них (к несчастью – и для всех нас) Украина не является приоритетом, и то, что она может стать посмешищем для всего мира, их не очень волнует.

Что касается нашей команды, то она была готова к любому развитию событий – если вы помните, заседание Кабинета Министров транслировалось ночью в прямом эфире, и все неотложные вопросы, касающиеся ситуации, были решены. Прошло уже три месяца. Ситуация в стране под контролем, Украина относительно спокойно развивается. Народ во время массовых митингов выразил поддержку курсу Партии регионов на единство и стабильность. Общественное мнение – на стороне Партии регионов и ее партнеров по коалиции. Мы снова победим – вполне возможно, набрав больше голосов, чем год назад – и каково на душе будет у зачинщиков?

А если кто-то во власти и ощущает себя изолированным, чувствует, что имеет слишком маленькие полномочия, то что же делать – нужно было думать над этим будущим тогда, когда осуществлялся выход из правового поля. Ведь можно было сразу отменить этот первый указ, и он не остался бы пятном на истории украинской демократии, не правда ли? При этом Конституционный Суд эффективно работает, можно сказать, разгребая те завалы, которые создали в правовом поле Украины Секретариат и оппозиция.

- Отказались ли вы от идеи проведения одновременных парламентских и президентских выборов?

- Прежде всего, нужно сказать вот что. Хотя условием компромисса и стало решение провести досрочные выборы, но изначально о дате речь не шла. А кроме того – была разблокирована работа Конституционного Суда. Поэтому пока что есть смысл говорить только о парламентских выборах. И только в таком смысле: все стороны должны убедиться, что они могут состояться на законных основаниях.

Разрешение этого вопроса, независимо от наших желаний, во многом происходит не в Конституционном Суде, а в сессионном зале легитимного парламента, что само по себе свидетельствует о невозможности действий, предусмотренных первым и вторым указами о "роспуске". Что касается президентских выборов, то, как вы знаете, процедура импичмента весьма сложна. И хотя у коалиции хватило бы сил ее инициировать, что тоже обеспечило бы нашим оппонентам немало неприятностей (особенно в глазах международной общественности), – мы проявили добрую волю и сделали шаг назад.

- Определенная часть общества, в том числе и среди ваших симпатиков, считает, что Партия регионов пошла на слишком большие уступки в ходе нынешнего политического кризиса. Звучали даже голоса о предательстве интересов избирателей. Какова Ваша точка зрения?

- Что бы ни говорили, в том числе наши симпатики, но я знаю – мы пошли на существенные уступки для того, чтобы сгладить остроту политического кризиса. Инструментов для того, чтобы повернуть ситуацию в конфликтное русло, у нас, поверьте, достаточно. Хотя бы тот, о котором я уже упомянул. Однако шантаж, прессинг судей, вброс провокаций в средства массовой информации – не наши методы. От всего этого кое-кому надо отучаться. Тот, кто борется демократическими и правовыми методами, – сильнее, в конечном счете, выигрывает именно он. Это не раз доказала история. Мы со своей стороны помогаем своим оппонентам отучаться от неуважения к воле народа – пытаясь обойтись без того, чтобы Украина в ходе этого процесса получила какие-то травмы.

- Совсем недавно в Румынии граждане в ходе референдума определились, кто, по их мнению, прав – парламент или президент. Почему у нас не так?

- Мы, конечно же, внимательно изучали ситуацию в Румынии. Румынские политики – люди горячие и решительные. Но ситуация во многом отлична от нашей. Во-первых, потому что у них есть такая правовая норма. Во-вторых, политический кризис у них менее масштабен, он не вызван принципиальными вопросами. Там присутствуют традиционные обвинения друг друга в коррупции. Однако то обстоятельство, что у нас такой правовой нормы нет, говорит прежде всего о том, что нам, безусловно, нужно внести изменения в законодательство.

- Сегодня все чаще говорят о том, что кризис был спровоцирован амбициями "Нашей Украины", добивающейся места в исполнительной власти. Готова ли коалиция удовлетворить эти аппетиты?

- Понимаете, мы готовы удовлетворять только желание поработать, принести пользу стране. В "Нашей Украине", конечно же, есть конструктивные люди. Но результат блока на выборах, а затем вся недолгая история той первой "большой коалиции" говорят сами за себя. Какое-то чувство меры всегда должно присутствовать – а прорыв с боем в кабинет, в здание Кабинета Министров скорее свидетельствует о его отсутствии.

Но к переговорам мы, естественно, готовы в любое время – при условии общих правил игры. И, как вы понимаете, двух центров принятия решений у коалиции быть не может. Если что-то решили – нужно выполнять.

- Не так давно Иосиф Винский заявил: если бы в работе группы, которая занималась "рабочим" урегулированием кризиса, принимали участие только БЮТ, "Наша Украина" и Партия регионов, весь пакет политических решений и договоренностей был бы уже готов. Так ли это?

- Вы знаете, это сегодня линия БЮТ – на каждом углу рассказывать о каком-то тайном альянсе между Партией регионов и "Нашей Украиной". Но разве "Наша Украина" входит в правящую коалицию? Не она ли сама из нее вышла, отказавшись работать на благо всего украинского народа?

Я – сторонник широкой коалиции, если бы перспектива таковой существовала. Это дает большие возможности улучшать народное благосостояние. Причем – от лица подавляющего большинства граждан Украины.

Но, во-первых, коалиция такая может быть создана и существовать не любой ценой, во-вторых – исключительно в рамках законности. А мы пока что не слишком часто замечаем готовность с той стороны склонить голову перед законом. Особенно, к сожалению, у БЮТ, который уже и сам, наверное, запутался, кто же они – депутаты они или не депутаты, зайчики или не зайчики, за это или за то... А ведь им пришлось вернуться в сессионный зал, пройти необходимую процедуру. И как теперь оппозиция, которая, как оказалось, если и сдавала куда-то мандаты, то явно не туда, куда надо, станет смотреть в глаза своим избирателям?

Впрочем, мне по этому поводу хочется сказать только одно: наверное, если бы правительство реагировало на каждый выпад радикальной оппозиции, все в Украине уже поросло бы мхом, потому что времени ни на что другое совсем бы не оставалось.

- Если досрочные выборы все же состоятся, будет ли возрождена идея блока "За Януковича"?

- Мы на протяжении всей украинской истории убеждаемся, что блок – дело ненадежное. За примерами далеко ходить не надо: посмотрите на ту же "Нашу Украину". Даже обнулить списки – непростая задача. Блоки в новейшей политической истории Украины, скорее всего, останутся в прошлом. Я думаю, что каждая политическая сила получает на выборах свою оценку, а затем – в ходе конструктивной дискуссии – из близких по программе и мироощущению партий создается эффективная коалиция. Как сегодня. Тем более что мы всегда верны своим партнерским обязательствам.

Кроме того, нельзя исключать того обстоятельства, что вместе с социалистами, вынесшими на себе важную часть бремени по защите конституционного порядка, мы добьемся значительно большего избирательного результата, нежели в прошлом году. Наш опыт политической борьбы подсказывает, что граждане Украины умеют ценить стойкость.

- Существует ли перспектива вхождения в ряды Партии регионов близких по духу и по платформе партий, как это происходило в 2006 году?

- Думаю, что Партия регионов не устает совершать жесты доброй воли с тем, чтобы все убедились – к такой форме сотрудничества мы всегда готовы. Но кого угодно, естественно, к себе брать не будем. Зачем потом выслушивать какие-то обвинения, причем от тех, кто сам бы нипочем не осилил преодоление барьера!

- Значительная часть избирателей Партии регионов с нетерпением ждет воплощения в жизнь тех программных пунктов, которые касаются в первую очередь учреждения русского языка как второго государственного. Суждено ли этим мечтам сбыться?

- Мы никогда не забываем о своих программных обещаниях. Я не устаю повторять – как только избиратель позволит нам иметь в Верховной Раде конституционное большинство (самим или с близкими по духу партиями), этот вопрос получит разрешение. Кроме того, заметьте, что везде, где действующий Закон о ратификации Европейской Хартии региональных языков и языков меньшинств был внедрен юридически безукоризненно, никаких осложнений не возникло, не правда ли?

- В предвыборной программе Партии регионов нетрудно различить глубокую заинтересованность в развитии Единого экономического пространства. Можно ли говорить о прогрессе в этом направлении?

- На сегодняшний день у нас существует плюрализм в принятии внешнеполитических решений – это нетрудно заметить. Конечно, сейчас ситуация уже немного полегче, прежде всего в МИД. Но некий общий знаменатель еще не найден. А ЕЭП – это не только украинский или российский проект, а еще и белорусский, и казахстанский. И хотя мы открыты для обсуждения самых разных взаимовыгодных проектов в рамках четырех стран, нужно учитывать специфику других участников и внимательно изучать их требования, стараться не идти на поводу у эмоций. Не нужно забывать, что существует и ряд других возможностей экономической интеграции на постсоветском пространстве – на встрече глав правительств СНГ были достигнуты важные договоренности в отношении энергорынка, а Украина в этом году председательствует в организации. Я уверен, что проект ЕЭП – так или иначе – будет иметь продолжение.

- Само название Партии регионов (равно как и один из основополагающих тезисов программы) свидетельствует о перспективе децентрализации власти. Сделано ли что-то нынешним Правительством в этой сфере?

- Мы много сделали уже при подготовке действующего бюджета. Но, как вы знаете, главное – это завершение конституционной реформы, перенос центра тяжести в местные советы, замещение устаревшей и неэффективной вертикали. Это одна из причин того, почему мы постоянно ищем компромиссы, – именно в контексте решения вопроса о децентрализации власти: Конституция должна быть изменена для блага Украины, причем не в формате большинство "за", меньшинство – "против". Это тема, общая для всех нас.

- Поговаривают, что Виктор Янукович сегодня более частый гость в Брюсселе, нежели, например, в Москве. Наверное, для многих – это неожиданность. Должно ли это обстоятельство использоваться как аргумент в пользу "западного" выбора Украины?

- Мне хотелось бы, чтобы это обстоятельство воспринималось единственно как то, что нашей целью является европейский уровень жизни в Украине, модернизация промышленного комплекса, инфраструктуры. Без тесных отношений с мировым лидером, а именно с Европейским Союзом, вряд ли мы сможем в короткие сроки совершить нужную эволюцию. Россия, безусловно, наш стратегический партнер, великий сосед, страна глубоко родственная. Но качество отношений между Украиной и Россией, естественно, зависит не только от желания Украины, но и от желания России. И об этом не стоит забывать.

Пока же сказать можно вот что – отношения нормализируются, а только за последние четыре месяца товарооборот вырос на 38%. Это лучшая оценка состояния отношений. Но в Украине, к сожалению, есть те, кто упорно хочет осложнить отношения с нашим соседом.

- Виктор Федорович, отражается ли нынешний политический кризис на экономическом благосостоянии Украины?

- Скоро мы узнаем все результаты второго квартала – и тогда будем говорить об этом со всей определенностью. Мы придали украинской экономике определенный запас прочности, и сейчас все могут убедиться в том, что мы предприняли правильные усилия: темпы роста не только высоки, но и по некоторым отраслям уникальны. Прибыли бюджета выросли на треть, рост валового продукта составил почти 8%, мы трижды в этом году повышаем зарплаты и пенсии. Вот только один показатель – за время деятельности коалиционного правительства фонд оплаты труда по местным бюджетам увеличился с 20 млрд. грн. в 2006 году до 35 млрд. грн. в 2007 году. Не стоит забывать, что с конца 2004 года наше правительство самое продолжительное – мы работаем одиннадцать месяцев. Однако если политический кризис затянется, то зависнут не только крупные инвестиционные проекты, которые сегодня в режиме ожидания, но и мы тогда начнем постепенно наблюдать кризисные явления невооруженным глазом. Этого допустить ни в коем случае нельзя.

- Правительство Януковича проводит реформы?

- Мы, наверное, начинаем потихоньку уходить от этого определения. Тем более что у многих украинцев слово "реформы" не ассоциируется с позитивом. Мы, однако, постараемся провести все те преобразования, которые сделают Украину более конкурентоспособной, зажиточной, приблизят уровень жизни среднего украинца к тем минимальным стандартам, к которым уже давно привык европеец.

Правительство успешно завершило за несколько месяцев антикризисную программу, вернуло Украину на путь прогресса, и мы теперь разрабатываем долгосрочную стратегию изменений к лучшему по двадцати разным направлениям – на выборы идем к народу с этой программой.

- Оппозиция не устает твердить, что за время своего правления она добилась выдающихся успехов в хозяйствовании, а просчеты были связаны с объективными внешними факторами. Как вы это прокомментируете?

- Видите ли, я не всегда понимаю, на какую аудиторию рассчитывают лидеры оппозиции – на серьезных людей или нет? Спад в 2005 году, какие-то махинации с курсом гривни, катастрофа с экспортом, с бюджетом – все это зафиксировано уважаемыми международными организациями и является непреложным фактом.

Я здесь могу сказать только одно: за десять месяцев работы наше правительство ни разу не требовало от Госкомстата менять показатели, как это пыталась сделать Юлия Тимошенко. Нам на сегодняшний момент почти удалось выровнять торговое сальдо – а ей рушить украинскую экономику было легко. Я не думаю, что это сравнение нужно дальше комментировать.

- Многие оппозиционеры заявляют, что парламентско-президентская модель себя не оправдала, ссылаясь на нынешний кризис. А Вам так не кажется?

- Конечно, не кажется. За первые полгода нам удалось оперативно погасить кризисные явления в украинской экономике, коалиция по большинству вопросов работает как часы. В будущем Конституция может и претерпеть некоторые изменения. Ведь люди, называвшие себя демократами, интриговали с целью разрушения основной – законодательной – власти. У партий коалиции есть свое видение возможных изменений Конституции.

Думается, неприкосновенность депутатов, вне рамок политических высказываний, можно и ограничить – но никак не полномочия законодательной власти. А в системе исполнительной власти конфликтный "дуализм" премьер – президент нам совершенно не нужен – ведь мы идем к европейским стандартам, а в ЕС, как вы знаете, республики преимущественно парламентские, монархия и феодализм давно закончились... Дальнейшее совершенствование нашей нынешней модели, конечно, неизбежно, но принципы, естественно, не изменятся.

Ведь Конституция – это не просто сборник прекраснодушных пожеланий. Если договоримся об обязательных правилах, мы преодолеем препятствия, мешающие нам двигаться вперед.

- Вы будете участвовать в президентских выборах, очередных или досрочных?

- Это решит партия. Ответственности я никогда не боялся. Однако трудно не заметить, что после внесения изменений в Конституцию пост премьер-министра дает более широкие возможности воплощения в жизнь политической программы, нежели президентский пост. Украина все-таки парламентско-президентская республика. У президента тоже интересная работа, конечно. Но к новым конституционным условиям необходимо адаптироваться.

- Вся страна сегодня обсуждает перипетии недавнего 9 Мая – как в Украине, так и за рубежом. Как вы думаете, под постоянно усиливающимся давлением со стороны тех, кто стремится переписать историю, Украине удастся сохранить праздник в том виде, к которому мы привыкли за десятки лет?

- Я думаю, что, несмотря на шероховатости, связанные с неуемным желанием кое-кого переоценить свою историческую роль – нам все же удается достойно отмечать День Победы. Мне, например, трудно понять, чем вызваны эти припадки крайнего национализма, какой-то удручающей политической слепоты – как это было накануне великого праздника в Эстонии. Но, в конце концов, это их суверенные дела. Правда, как известно, со стороны украинских политиков прозвучал ряд предложений по разрешению этого противостояния. Причем чрезвычайно добрых и уместных.

Считаю, что такие рецидивы в Украине мы будем способны излечивать. 9 Мая продолжает оставаться едва ли не главным праздником нашего народа. Мы прилагаем и будем прилагать усилия для того, чтобы быт ветеранов Великой Отечественной, которых, увы, с каждым годом остается с нами все меньше, был достойным.

- В нашу редакцию часто приходят письма от граждан, которые недовольны работой организаций Партии регионов на местах, – пишут о безынициативности, невнимательном и даже грубом отношении к людям. Изучает ли центральное руководство партии такие случаи?

- Мне известно о таких случаях. Имею в виду и Ровно, и Черкассы, и восточные области. Знаю и о том, что в некоторых местах настоящими агитаторами и пропагандистами позиции Партии регионов были беспартийные. Действительно, некоторые партийные функционеры слишком расслабились после парламентских выборов.

Я думаю, что – независимо от проведения или нет досрочных выборов – в партии состоится серьезный разговор. И в этой связи я был бы также признателен вам за возможность ознакомиться с письмами, поступившими в вашу редакцию.

- Что стало для Вас самым большим потрясением в нынешнем политическом году?

- Безусловно, трагическая смерть Евгения Петровича, Жени Кушнарева. Мы вместе прошли многие тяжелые испытания, вместе пришли к победе на парламентских выборах. А для Партии регионов – это, наверное, невосполнимая потеря. Евгений Петрович был человеком высокого интеллекта, твердой политической воли и не боялся трудностей. Поверьте, скажу не высокопарно, он многим из нас был настоящим другом. Нам всем его очень не хватает.

- Премьер-министра нечасто удается увидеть на рейтинговых политических ток-шоу. Неужели не хочется самому веско ответить на постоянно звучащие с экрана огульные обвинения?

- Да, иногда хочется, конечно. Говорят, президент Румынии Траян Бэсеску постоянно звонит на такие передачи и спорит с участниками. Однако я думаю, что меня и так достаточно часто показывают на телеэкране, да и времени у меня, честно говоря, на многочасовые словесные баталии в прямом эфире нет. Украине нужно больше дел и меньше слов. И я уверен: это понимает большинство в нашем обществе. Если бы у меня и было лишнее время, я с удовольствием потратил бы его на семью.

- Как известно, Виктор Ющенко продолжал считать парламент распущенным и не подписывал изменения в бюджет и другие акты, которые направлены на значительное повышение зарплат и пенсий. Какой выход вы видите из этой ситуации?

- Это самый болезненный момент. Конечно, отменив свой первый указ, Виктор Ющенко тем самым признал отсутствие правовой базы своих действий. Это – исключительно политика. Но политика политикой, а лишать граждан Украины серьезного повышения зарплат и пенсий и, как мы планируем, не последнего только в этом году... У всего должны быть пределы. Я надеюсь, что широкий пакет договоренностей позволит нам разблокировать и этот вопрос в ближайшее время.

Впрочем, не надо забывать и о той новой, сильной роли, которую в аспекте законодательного процесса по новой Конституции имеет председатель Верховной Рады. Но нам, конечно же, не хотелось бы исключать институт президента из поля принятия политических решений. Я считаю, что ни на кого и ни при каких условиях нельзя махнуть рукой.

- Людям, которые в апреле и мае приезжали на Майдан Незалежности, на Крещатик под знаменами Партии регионов и других партий, – Вы сможете объяснить все эти компромиссы им?

- Мне кажется, люди и сами все понимают. Очень важно, что они почувствовали: защита Конституции и законной власти – это не забавы политиков, это все очень серьезно. Сегодня ты не защитишь закон – а завтра он не защитит тебя. И люди готовы снова и снова доказывать это тем, кто еще не понял, что в Украине наступает совсем иная эпоха, что беззаконие и безответственность не вечны.

Вот что самое важное – мы состоялись как государство, как демократия. А Партия регионов и ее союзники по коалиции – как политические силы, способные вывести людей на улицы. Демократия – это путь компромиссов. Этот путь значительно длиннее и труднее пути конфликтов, разрушения. Я бы не простил себе, если бы в опасности оказалась жизнь хоть одного демонстранта. И мне кажется, что это обстоятельство было выражено достаточно четко. Если закон в безопасности – в безопасности и человек.

Ну а если будут созданы законные основания для досрочных выборов, то я верю, что граждане Украины оценят конструктивную и созидательную позицию, которую мы заняли, ни на йоту не отступая от законодательства и Конституции Украины, которые должны выполняться, невзирая на чьи-либо эмоции.

Максим МИХАЙЛЕНКО, газета "2000"